В России суррогатное материнство находится вне правового поля

Московский суд «отдал» ребенка О.М. Миримской без неоспоримых доказательств. Малыша хотят забрать у кормящей матери Светланы без свидетельств врачей и генетической экспертизы.

Теперь невозможность иметь ребенка по физиологическим причинам – это не приговор. На помощь в этом случае приходит ЭКО. Однако при выборе искусственного оплодотворения есть немало нюансов, которые могут омрачить радость материнства. Актуальные проблемы заказного материнства осветил первый канал в одном из своих сюжетов. В качестве примеров демонстрировались реальные ситуации. Неподвластным здравому смыслу оказался спор Светланы с Ольгой Миримской, которая хочет отобрать малыша. Московская банкирша обратилась в столичный суд для решения своей проблемы и осталась в выигрыше, не имея при этом никаких доказательств. Сейчас она избегает встречи с журналистами.

В России суды вообще распоряжаются деться, как квадратными метрами, поскольку нет закона, который бы регулировал сферу суррогатного материнства. Ситуация со Светланой и Ольгой ярко демонстрирует, что потребность в таком законе стоит очень остро. Он должен четко разъяснять права и обязанности сторон, освещать порядок действий в случае рождения двойняшек или больного ребенка. Только в этом случае биологические родители и суррогатная мать смогут чувствовать себя спокойно.

Напомним, что банкирша в качестве доказательства своей правоты предоставила копию договора без подписей сторон и указания родителей-заказчиков. Оригинал этого документа не найден. Главный врач больницы, где должно было сделано ЭКО говорит: «Договор о суррогатном материнстве … в интересах Миримской и иных лиц не заключался. Оригинала данного договора в клинике нет. Это договор у нас в реестре договоров не числится. Оплаты по нему не получали».

Столичный суд вынес решение без документов, которые стали бы неоспоримыми доказательствами. Нет также результатов генетической экспертизы, поскольку она попросту не проводилась, для выяснения, кому на самом деле принадлежит ребенок. Заметим, что на копии договора есть подпись врача, который якобы проводил искусственное оплодотворение, но его нет в живых. Таким образом, решение в столичном суде было принято на основе показаний Миримской или может главную роли сыграли ее «большие» возможности и финансовая обеспеченность?

 

Похожие новости